Погружаясь в русскоязычную онлайн-жизнь, трудно избежать шока, вызванного объемом и радикализмом охранительских, антимигрантских (если быть точным, расистских) и агрессивно консервативных мнений, которые звучат в сетевых полемиках. Будь то протесты во Франции, дилеммы европейской социальной политики, признание прав ЛГБТ+, операции израильского правительства в Палестине, эпатирующие эксперименты современных художников, переброска белорусскими властями сирийских беженцев через границу с Польшей и другие «горячие» сюжеты международных новостей, – рунет полыхает смерчем консервативного гнева и порицания. В известном смысле это опровергает стереотип о том, что русскоязычные среды мало интересуются международными новостями и вообще чем-либо, кроме них самих. Но сейчас речь не об этом стереотипе, а о другом. О том, что большинство русскоязычных комментаторов – ксенофобы и консерваторы.
Очередное тому подтверждение, кажется, дает актуальный французский протест, который начался с блокад школ лицеистами и продолжился уже как масштабная, общенациональная мобилизация против удорожания жизни, бюджетной экономии и сокращения социальных программ. Несмотря на сенсационные заголовки и обязательные фото пожаров на первых страницах, русскоязычные СМИ в изгнании все чаще пытаются разобраться в обстоятельствах, услышать голоса протеста и избежать поспешных объяснений. Но соцсети снова бурлят праведным гневом, следуя возвышенному канону «они» против «нас»: «Вы предлагаете дать мигрантам безнаказанно сжигать наши дома?!», «Вы защищаете школьников, а что вы скажете владельцам сожженных магазинов?», «Вы посмотрите на этих якобы “лицеистов” с палестинскими флагами!», «Полиция должна отвечать максимально жестко, пока они окончательно не установили свои порядки» и т.д. и т.п. Такой настрой кажется всепроникающим, если не всеохватным.
«Спасительным» объяснением этому вот уже несколько лет служит документированная активность ботоферм и «фабрик троллей», которые выполняют кремлевские контракты по смещению акцентов в цифровом публичном пространстве и ответственны за агрессивные, демотивирующие публикации, призванные парализовать содержательный разговор. Исследования и аналитические доклады, которые отслеживают работу таких производств фальшивого мнения, раскрывают ее впечатляющий размах. Мы знаем, что они вносят много шума в цифровую среду нашего обитания.
Однако среди сгенерированного контента и анонимных восклицаний в таких дискуссиях порой попадается агрессивное, ксенофобное, охранительское высказывание нашего знакомого, дальнего или совсем близкого. И весь смерч ненависти окрашивается в новые тона. Мы получаем убедительное и интимное доказательство тому, что далеко не все охранители – боты. А если таких доказательств несколько, это только укрепляет подозрение, что ультраконсерваторы реальны, многочисленны – что их большинство. Давайте присмотримся к тому, как этот настрой создается.
Узнать, как это делается…
